Еще к 70-летию Объединенного института ядерных исследований — снимки Юрия Туманова (как же они мне нравятся!) и текст к ним от шеф-редактора печатного «Кота Шрёдингера» Григория Тарасевича.
«Я люблю Дубну. В советское время название этого подмосковного городка вызывало однозначную ассоциацию. Поэт — Пушкин, река — Волга, Дубна — физика.
Кроме удивительных открытий, которые делались, делаются и будут делаться в Дубне, важен дух этого места. Та самая научная романтика, которая с 60-х годов XX века толкала людей в исследователи. Ведь наука — это не только формулы, приборы и вычисления, но прежде всего поиск истины, окно в другую реальность, поэзия познания мира.
Словами передать этот дух не всегда возможно, изображение убедительнее. Хорошая фотография позволяет почувствовать эмоции людей, их сосредоточенность, кайф от умной работы. Поэтому мы решили опубликовать большую подборку фотографий Юрия Туманова (1932–2014), знаменитого инженера-фотографа, проработавшего в ОИЯИ с 1967 по 2014 год.
Для меня Туманов — очень личная история. Очень-очень давно, когда был ещё студентом, ехал я в подмосковном автобусе. Дорога был долгой, смартфонов тогда не было, и я разговорился с соседом. Слово за слово, и он принялся рассказывать про физиков Дубны, про то, как они создают новые элементы таблицы Менделеева, как вместе работают учёные из разных стран… Это был очень живой рассказ. Вернувшись в Москву, буквально через неделю я написал свою первую научно-популярную статью. Даже помню её заголовок: «Элемент, элемент, как тебя зовут?»
Вы, наверное, поняли — моим собеседником в автобусе и был Юрий Туманов. Благодаря ему в середине 90-х годов я попал в научную журналистику. Спасибо вам, Юрий Александрович!»
На фото:
1. 1970-е. Академик РАН Юрий Оганесян (в центре) с коллегами-инженерами настраивает установку для работы со сверхтяжёлыми элементами таблицы Менделеева. Оганесян и сам немножко элемент — в честь него назван оганесон, последняя на сегодня, 118-я, клеточка таблицы. Это уникальный случай, когда элемент назвали в честь живого учёного. Даже имена Эйнштейна, Резерфорда и Рентгена попали в таблицу уже после их смерти. А Юрий Оганесян и сегодня продолжает работать. На Фабрике сверхтяжёлых элементов идут эксперименты, и возможно, скоро таблица пополнится элементами с номерами 119 и 120.
2. Визитная карточка советской науки — синхрофазотрон, замкнутый в кольцо ускоритель заряженных частиц. С 1957 года частицы крутились в нём как белка в колесе, магнит разгонял протоны почти до скорости света. Диаметр основного магнита, самого большого в мире, почти 60 м, а масса 36 000 т. Сейчас эта установка уже не работает. Но внутри старого «магнитного бублика» располагается одно из колец коллайдера NICA.
3. Сотрудник лаборатории ядерных исследований, учёный из Германии, проверяет исправность прибора. Внутри — мишень, в которую на больших скоростях врезаются одни частицы, распадаясь при этом на другие.
4. В сфере — фотография синхрофазотрона, сделанная с высоты крана. Вокруг неё фототреки (следы) частиц. Прямой след принадлежит частицам, которые ни с кем не столкнулись, закруглённый — тем, что попали друг в друга.
5. «Труба», в которую смотрит мужчина, — это устройство по изучению новых методов ускорения. Электроны в нём разгоняются магнитным полем. Белые спирали иллюстрируют их траекторию.
6. Овалы и восьмёрки из точек — заготовка для измерения энергии и направления полёта частиц.
7. Конструкция, отдалённо напоминающая пчелиные соты, — это фотоэлектронный умножитель. Летящие частицы попадают в систему, эффект от них многократно отражается и усиливается, после чего его регистрируют. Так ловят слабые излучения.
8. Физик Г. И. Колеров так увлёкся выведением формулы, что на фото распался на четыре измерения.
9. Чтобы ловить следы частиц, учёные ОИЯИ изобрели струйную водородную мишень. На фото: инженер криогенного отдела В.В. Смелянский готовит новую мишень к работе на ускорителе частиц.
10. Сотрудники лаборатории нейтронной физики над новой установкой».
